Сайт о лошадях KoHuKu.ru » Немного истории » Исторически значимые лошади » Анилин - самая знаменитая скаковая лошадь СССР
Анилин - самая знаменитая скаковая лошадь СССР

Анилин - самая знаменитая скаковая лошадь СССР

Natali date_range25.11.2011, 16:30 chat_bubble_outline6 remove_red_eye40 452
  • Год рождения: 1961
  • Порода: Чистокровная английская
  • Масть: Гнедая
  • Пол: Жеребец
  • Отец: Элeмeнт
  • Мать: Aналогичная
  • Владелец: OАO Кoнный зaвoд "Boсхoд"
  • Коннозаводчик: OAO Конный завод "Bосxод"
  • Страна: Россия

Дополнительная информация: Карьера: 27:21-1-2, 738 835 DM Выиграл: Preis von Europa, Gr.1 (трижды), Дерби СССР. 2 место: Washington D. C. International (to Behistoun). 3 место: Washington D. C. International (to Kelso and Gun Bow). 5 место: Prix de l'Arc de Triomphe, Gr.1 Величайший скакун в истории СССР. Производитель Great Russian - Sire in Russia. Инбридинг-Гейнсборо 5/4

В «Восходе», одном из лучших конных заводов нашей страны, стоит скульптура известного скакуна Анилина. Того самого Анилина, который словно ветер промчался по ипподромам Европы и Америки. Равных ему не было в СССР. Это на нем жокей международной категории Николай Насибов три года подряд завоевывал один из крупнейших призов — «Приз Европы».
Анилина уже нет сегодня, но род его продолжается в сыновьях и внуках. Классные дети Анилина успешно выступали не только на наших ипподромах, но и за рубежом. Пройдет немного времени, и по дорожкам ипподромов помчатся и другие внуки знаменитого деда.
Смотрю я на скульптуру Анилина, и в памяти проплывает необычная жизнь этого великолепного скакуна...

Скульптура знаметому Анилину
Скульптура знаметому Анилину



Умытое утренней росой весеннее солнце медленно вставало над горизонтом, заливая светом бескрайние дали кубанских просторов. Его лучи скользнули по крышам поселка, что в сорока километрах от Армавира, ярко высветили арку с надписью «Кончасть конного завода «Восход», пробежались по аккуратным побеленным конюшням и заиграли на пастбищах-левадах, покрытых бархатным ковром изумрудной травы. Левады были еще пусты, и сочные травы нежились под теплыми солнечными лучами. Вдруг дверь конюшни, примыкавшая к леваде, распахнулась, и, обгоняя друг друга, из нее выбежали кобылы с жеребятами. Вместе с другими степенно и важно проследовала Аналогичная.
Это была своенравная и бойкая лошадь. Остальные матки ее побаивались. Аналогичная шла, гордо подняв голову, и, казалось, материнское счастье сияло в ее глазах. А за ней, прихрамывая, неуверенно и робко бежал на длинных тоненьких ножках гнедой жеребенок с белой проточиной на лбу.
День шел за днем, и гнедой жеребенок Анилин, как его назвали в заводе, рос, набирался сил, целыми днями вместе с другими жеребятами резвился в леваде. Несмотря на заметную хромоту, он был задирой.
Однажды в леваде появился невысокий щуплый человек со смуглым лицом. Аналогичная знала его. От него пахло морковкой, а в карманах всегда было что-нибудь сладкое для лошадей. Аналогичная поближе подошла к этому человеку и звонким ржанием подозвала к себе сына. Когда Анилин подбежал, она подтолкнула его вперед, будто хотела познакомить с этим человеком.Шло время. К следующей осени Анилину исполнилось полтора года. Он заметно подрос, окреп. В нем уже проглядывались черты классной скаковой лошади, но хромота не проходила.
В один из октябрьских дней, когда Анилин со своими сверстниками резвился на пастбище, к ограде подошли люди. Они внимательно осматривали каждого жеребёнка. Вдруг среди них Анилин увидел знакомого ему уже человека. Жеребенок ждал, что тот заметит его и протянет кусочек сахара. Жокей был занят другими жеребятами и в его сторону не смотрел. Анилин потоптался на месте, а человек все указывал то на одного, то на другого жеребенка, что-то записывал в блокнот и не поворачивался к нему. Тогда Анилин, недолго думая, подошел к знакомому человеку и толкнул его в бок. Тот от неожиданности вздрогнул, повернулся в его сторону и удивленно, со смешинкой в глазах посмотрел на смельчака. Потом подошел к нему и, улыбаясь, похлопал его по шее. Анилин не убежал, стоял смирно, гордо подняв голову. Человек окинул его удивленным оценивающим взглядом. В черных озорных глазах жеребенка он увидел понятный только ему, опытному жокею, неукротимый буйный огонь. В движениях Анилина, в его красивой мускулистой фигуре, в отточенных ногах он разглядел стремительный порыв к движению. Жеребенок показался ему подобным сжатой пружине, готовой в любую минуту сработать. И тогда человек твердо сказал: «Беру этого, записывай»,— и кивнул начкону завода Валерию Пантелеевичу Шимширту.
- Николай Насибович, да ты что, хочешь опозорить наш завод в Москве? Ты же видишь, что у жеребенка увеличенные скакательные суставы и он хромает. Если отдавать его в тренинг, то уж куда-нибудь на периферийный ипподром.
Но человек настаивал на своем.
- Записывай мне его, Пантелеевич! — сказал он.— И не беспокойся. Я почему-то уверен, что этот жеребенок станет настоящим ипподромным бойцом. Не опозорит, а прославит конезавод «Восход»!
- Ну что ж, дело твое,— махнул рукой начкон.Так началась для Анилина новая жизнь— жизнь молодой лошади, поступившей в заездку и тренинг.
И вот он на Московском ипподроме, в тренотделении, в руках прославленного жокея международной категории Николая Насибова. Для Насибова началась упорная работа, а для Анилина кропотливая каждодневная учёба. Нелёгок путь скаковой лошади к победам на ипподромных дорожках. Каждый день, в одни и те же часы под неизменным седоком появлялся Анилин на Московском ипподроме. К сожалению, несмотря на усиленное лечение, хромота не проходила. И зачастую, когда Насибов выезжал на скаковую дорожку на хромающем Анилине, многие тренеры посмеивались над ним: «Куда ты на хромой лошади едешь?» Но Насибов не обращал на них внимания. Он верил в Анилина, верил, что лошадь еще себя покажет, что он может стать одним из резвейших скакунов завода, и очень осторожно готовил Анилина к призам. Жокей не торопился. Лишь в конце мая 1963 года стартовал он в рядовой скачке на 1200 метров. Анилин ее выиграл легко. Кое-кто решил, что это всего-навсего случайность, однако сам Насибов почувствовал мощь заложенных в Анилине сил. Но об этом знал только он один.

Вскоре Насибов записывает Анилина на дистанцию 1500 метров. И опять легкая победа! И что поразительно — с началом выступлений Анилина в соревнованиях хромота у него стала проходить! И Насибов решился выступить на Анилине в одной из крупнейших скачек на приз имени Калинина. И что же? Опять замечательная победа! И как бы в награду за веру человека в силы Анилина, за его чуткий и бережный подход к тренировке хромота совсем исчезла.
Постепенно между Анилином и жокеем установились только им одним понятные дружеские взаимоотношения. Анилин любил своего доброго и внимательного хозяина, а Насибов очень ценил своего четвероногого друга, партнера в жарких ипподромных схватках.
Часто по вечерам, когда на ипподромных дорожках умолкал привычный рабочий гул, Насибов заходил в денник, где стоял Анилин, и, поглаживая своего любимца по бархатной атласной шее, подолгу разговаривал с ним, а Анилин клал ему на плечо голову и, закрыв глаза, казалось, внимательно слушал.Однажды летом, было это в 1963 году, Насибов вошел к Анилину, на этот раз хмурый и печальный, и, поглаживая его по шее, сказал:
- Скоро наша конноспортивная команда выезжает на гастроли за границу, поедешь с этой командой и ты, но, к сожалению, без меня, по болезни я не могу ехать с тобой. Боюсь, что тот, кто будет скакать на тебе, не поймет тебя и не все как надо получится, а как важно нам с тобой доказать, что ты достойный боец в международных соревнованиях! Но ничего не поделаешь, придется тебе ехать, так надо.
Насибов погладил Анилина и, отходя от денника, потянул платок к глазам, чего с ним раньше никогда не случалось.
Беспокойство Насибова оправдалось. Попав к другому жокею, Анилин отказывался ему подчиняться, нервничал и в результате самую главную скачку проиграл. Вернулся он в Москву сильно утомленным и похудевшим. Увидев Насибова, жалобно заржал и долго терся о его плечо, как бы жалуясь на кого-то.
- Ничего, дорогой, отдохнешь, и все будет хорошо,— успокаивал его Насибов. Но отдохнуть Анилину не пришлось. Вскоре нужно было ехать на очередные соревнования конников социалистических стран, и как Насибов ни доказывал руководителям команды, что Анилину надо успокоиться, отдохнуть, его просьбу не удовлетворили. И что же? Анилин в одной из главных скачек остался лишь четвертым. У многих специалистов сложилось мнение, что Анилин — лошадь невысокого класса. Но Насибов в это не верил. Он изо дня в день кропотливо и настойчиво тренировал его и каждый раз, делая круг по ипподрому, убеждался, что под ним лошадь с огромным запасом сил, лошадь, подобно которой он еще никогда не встречал, хотя через его руки прошел уже не один десяток.
Но вот наступил 1964 год, а с ним началось и победное шествие Анилина. Один за другим легко и уверенно выигрывал он большие призы у себя дома. Особенно примечательной оказалась победа в Большом Всесоюзном призе (так называемом дерби). Далеко позади оставил Анилин своих сверстников.

Фото Анилина
Фото Анилина



Прошел год, и в составе советской команды Насибов с Анилином едет в ГДР. Там, в Берлине, на Хоппегартенском ипподроме, он первым финиширует в скачке на приз Бухареста и выигрывает Большой кубок социалистических стран. Дистанцию 2800 метров он преодолевает за 2 минуты 56,5 секунды. Немного спустя он скачет в ФРГ на Кёльнском ипподроме и так же легко завоевывает один из международных призов. Два месяца спустя Насибов на Анилине успешно финиширует на одном из ипподромов Франции. После этого он решает проверить силы лошади в скачке на «Приз Европы». Этот приз — 250 тысяч марок — считается одним из крупных на нашем континенте. В его розыгрыше могут участвовать жокеи всех стран мира на лошадях в возрасте от трех лет.
И вот настает день ответственного экзамена. Насибов на Анилине готовится к скачке. Дан старт. Первые тысячу метров Анилин держится на четвертом месте, но затем Насибов тихонько говорит:
- Ну, Анилинчик, ну, родной, поднажми,— и отпускает повод.
Анилин, словно понимая слова Насибова, увеличивает резвость, настигает, а затем и обходит впереди идущих лошадей и вырывается вперед, как в таких случаях говорят, ведет скачку. Выходит на финишную прямую. Но вот когда до конца дистанции остается всего несколько десятков метров, его начинают настигать лучшие лошади Англии и ФРГ. Завязывается упорная борьба. Но Анилин выходит из нее победителем и завоевывает «Приз Европы». Было это в 1965 году. А на следующий год он повторяет свой успех.

Фото скачущего Анилина
Фото скачущего Анилина



...Шел 1967 год. Анилин успешно выступал на ипподромах страны и оставался недосягаемым для соперников. Снова приближались крупнейшие международные соревнования — розыгрыш «Приза Европы». Приза, выигранного советским скакуном Анилином уже дважды. Но как все будет на этот раз? Насибов волновался. Волновался потому, что перед этими соревнованиями Анилин много выступал дома и за рубежом, правда, выступал успешно, но немного притомился.
К старту приготовилось десять сильнейших скакунов Европы и среди них трехлетний темно-гнедой жеребец английского происхождения Люциано. В трехлетнем возрасте он скакал беспроигрышно и был надеждой коннозаводчиков ФРГ. Рядом стоял французский гнедой четырехлетний скакун Танеб — победитель одной из крупнейших скачек на «Большой приз де Сент-Клу» стоимостью в 600 тысяч франков; за ним чехословацкий — Сильвер. На Пражском ипподроме он не знал поражений. Анилин должен был в третий раз сразиться с классными лошадьми Европы.
На следующий день в условленный час все десять лошадей приготовились на старте. Секунда, другая... Старт! Насибов на Анилине вырвался вперед и занял лидирующее положение. Скакун летел как на крыльях. Так он прошел две трети дистанции. И вот последний поворот, а там и финишная прямая. И тут он услышал за спиной тяжелое дыхание соперников. Их жокеи, выбиваясь из последних сил, гнали лошадей, пытаясь настичь Анилина и вырвать у него победу. Но, лишь только услышав позади настигающий топот и тяжелое дыхание, Анилин дернул у Насибова повод и, как бы подключив последний запас сил, сделал неожиданный рывок, оторвался от соперников и резким красивым броском в третий раз пересек финишную черту Кёльнского ипподрома.

Фото Анилина
Фото Анилина



Таким образом, советский скакун, в третий раз завоевав «Приз Европы», стал одной из резвейших лошадей континента. Международная пресса назвала его за это «трижды венчанным». Зарубежные газеты восторженно писали о советском скакуне, называя его настоящим русским богатырем.
Прав был Насибов: Анилин прославил не только конезавод «Восход», но и все наше советское коннозаводство.